?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Бенилюкс без "ни". День 8. (День без спешки)
feuf

Внезапно настал последний день путешествия. Великих планов на него не строилось - просто отдыхать и получать положительные эмоции. С положительными эмоциями лучше всего получилось в Генте. Туда и отправился, тем более, что я там до музея не добрался.

Путь от вокзала к музею проходит через парк Цитадели. Название парка отражает тот факт, что до конца XIX тут находилась весьма мощная крепость. Потом крепость снесли и на ее месте разбили сады, которые несколько раз благоустраивались и реконструировались. Нынешний вид парка сложился в первой половине XX века, когда часть его территории занял Ботанический сад Гентского университета. Об этом свидетельствуют надписи на некоторых монументах.


В зимнее время тут немноголюдно и пустынно, но летом тут должно быть хорошо. Увитые виноградом беседки (Альковы! Альковы!), фонтаны и искусственные водопады.


Местами попадаются скульптуры на темы живой природы (в данном случае живы остались не все).


Ближе к музею, на выходе из парка находится памятник бельгийскому импрессионисту Эмилю Клаусу. Начав с реализма, он перешел к импрессионизму, а потом создал свое собственное течение - люминизм.


Увидев здание, похожее на музей, я решил, что мне туда и надо, и зашел вовнутрь. Свою ошибку я осознал только, когда купил билет - это был S.M.A.K. - городской музей актуального искусства (так расшифровывается это сокращение). А ведь предупредили, поставили на крышу копию "Человека, измеряющего небо" Яна Фабра. Впрочем, ее-то я тогда и не заметил.


В основном там проводят выставки актуальных художников. В данном случае произведения были такими (имя творца не записал и особо об этом не сожалею).


Ку-клукс-клановские собачка и лошадка.


Впрочем, тот автор тут был не один. Была еще одна выставка какого-то большого поклонника Рене Магритта.


Из запомнившегося оригинального - упаковка для жидких рукописей.


А до музея Изящных искусств нужно было пройти еще 100 метров, но из-за деревьев его, увы, не было видно.


Коллекция музея весьма представительная и обширная - тут имеются практически все известные "бельгийцы". Тут находится совершенно неожиданная даже для Иеронима Босха картина "Несение креста" (или "Иисус, несущий крест"). Это практически одна из последних его работ, созданная художником перед самой смертью. Начало XVI века, но выглядит совершенно вне времени и каких-либо канонов.


Впрочем, такие рожи в то время встречались и у других фламандцев (это висит в том же зале на соседней стене).


Более ранний Босх (1500 года) - Святой Иероним за молитвой. Практически классический пейзаж как итальянцев илм фламандцев того времени, если не считать попадающихся то там, то сям артефактов с других босховских картин.


Есть там и Брейгели в лице Питера Брейгеля младшего. Его "Деревенский адвокат".


И знаменитая "Деревенская свадьба" (или "Деревенский танец", или "Танец на деревенской свадьбе"). Если кто-то помнит ее в каком-то еще музее, то это вполне возможный вариант. Оригинал был написан Питером Брейгелем Старшим (и позднее считался долгое время утраченным), но его сыновья Питер (младший) и Ян (старший) создали около тридцати копий этой картины. Одна из них и находится в Генте.


Не помню чья это работа, да и не важно. Передает чувства от собора Святого Павла в Риме, когда он только был построен. Его огромные размеры в реальности подавляют даже сейчас. По тем временам это должен быть просто шок.


Интересное направление живописи - обманки. В данном случае это работы фламандца Корнелия Норберта Гисбрехтса. Этот вид живописи получил распространение в Европе в XIV веке и стал очень популярным в XVII-ом. Идея состоит в том чтобы создать образ трехмерных объектов на поверхности полотна, показывая их как можно более естественными, тем самым пробуждая в зрителе желание дотронуться до предметов: ощутить бархатную поверхность зеленого занавеса, развернуть и прочитать многочисленные письма, отогнуть уголки листов бумаги и узнать адресатов и отправителей.


А это другое очень популярное направление того времени - голландский натюрморт. В данном случае это картины Виллема Класа Хеда. Голландия тогда поднялась на торговле, и появилось огромное количество свежеразбогатевших буржуа. Они и были основными заказчиками у художников, и композиции подчеркивали их богатство. В частности, недоеденный лимон говорит о том, что в этом доме могут позволить себе использовать только часть фрукта. Искусствоведы так же поведают об огромном числе иных смыслов композиции, но бывшим крестьянам и ремесленникам было не до таких эстетических изысков.


Как это сейчас принято, на фоне старых полотен выставлены артефакты современного искусства.


Что это за конструкция, я даже предположить не смог.


Семейство чайников.


В зале импрессионистов почему-то не было табличек с названием и автором. Только общая: "Бельгийский импрессионизм". Остается только догадываться, кто это. Например, тут очень похоже на Эмиля Клауса, памятник которому находится неподалеку.


В Королевских музеях на входе стоит скульптура изображающая, как дети мучают козу. Тут видно, что детки подросли и мучают парнокопытное покрупнее.


Джеймс Энсор, "Купание в Остэнде". Автор отметился в разных стилях от импрессионизма, символизма и вплоть до сюрреализма. В данном случае - это шутка художника.


Слева можно видеть популярные в XIX веке купальные машины. Человек в повседневной одежде заходил в такую крытую повозку на берегу и переодевался в ней в купальный костюм. Запряженная лошадью машина заходила в воду и уже там разворачивалась так, чтобы с берега купальщик не был виден и мог спуститься по ступенькам в море.

А тут уже что-то близкое к нашим дням. Автора не запомнил.


Немножко скульптуры в зале перед входом.


Музей удобен тем, что там есть детский уголок, куда можно сдать своих чад. Их там чем-нибудь займут, и никто не будет напоминать каждые 2 минуты, что им тут невесело.


Сейчас Музей изящных искусств интересен тем, что там сейчас можно взглянуть на знаменитый Гентский алтарь пока его реставрируют.

После музеев настало время обеда и небольшой прогулки по Генту. Обедать я засел в проверенное уже место на набережной Граслей.


На Граслей обратил внимание на нетривиальный коктейль, который наливают уличные торговцы. Состав совершенно сумасшедший: Егерьмейстер и Ред Булл. Ред Булл и так-то окрыляет, а тут должно быть что-то реактивное. Не рискнул. Но понял, что значат летающие люди у вокзала.

Уличные музыканты на одной из улочек неподалеку.


Прощальный взгляд на Лис и обратно в Брюссель.


В Брюсселе, еще вернувшись из Льежа, я заблаговременно обзавелся картой метро на сутки, и теперь мог не тратить время на хождение пешком. Местное метро особой красотой не блещет, и лишь недавно перешло от трамваев к полноценным метропоездам, да и то не на всех ветках. Вот тут поезда.


А тут трамваи.


В списке неосмотренного в Брюсселе у меня значился Атомиум. К нему я и направился. Этот объект был построен ко Всемирной выставке 1958 года, и, как в свое время Эйфелева башня в Париже, сейчас стал символом Брюсселя. Атомиум изображает кубический фрагмент кристаллической решетки железа, что подчеркивается тем, что после реконструкции 2006-го года он получил покрытие из нержавеющей стали.


Для любителей фотографироваться на фоне архитектурных сооружений Атомиум представляет собой весьма серьезный вызов. Пизанскую башню все пытаются подпереть, а тут не очень понятно, куда приложить руки - это хорошо видно по раскорячившимся гражданам, пытающимся сняться на его фоне.


Внутри сейчас проводят разнообразные выставки, и на момент моего визита там выставляли Рене Магритта из частных коллекций. Но 25 евро за одного Магритта совсем не вдохновляли, а полюбоваться панорамой Брюсселя мешали низкие тучи и начавшийся дождь. Решил вместо этого отправиться на площадь Святой Екатерины поесть устриц в знакомом ресторанчике.


Из метро я вышел со стороны, где до этого не был. Там находится фонтан в честь Жюля Анспаша, бургомистра Брюсселя с 1864 по 1879 год, внесшего значительный вклад в благоустройство города. На время строительства метро в 1971 году фонтан демонтировали, но спустя восемь лет вернули на прежнее место. Двадцатиметровый гранитный обелиск венчает фигура архангела Михаила - покровителя Брюсселя, попирающего дьявола.


На основании обелиска находится медальон из белого мрамора с портретом Жюля Анспаша. Петух над его головой - эмблема бдительности, которую бургомистр доказал. Фигура женщины олицетворяет Коммунальную Магистратуру.


После короткого забега по магазинам (стандартный набор из шоколада и сыра домой), я забрал чемодан из гостиницы и отправился в аэропорт. Там обнаружилась засада - из-за позднего времени вылета оказались закрыты все кафе и ресторанчики. В этом плане устрицы, съеденные перед отъездом, оказались очень даже в тему.

Но дьюти-фри работал - это святое. Он работает всегда. Там я докупил еще сыра. Бельгийские сыры и без эмбарго до нас не доезжали, так что ознакомиться с этой частью гастрономической культуры было очень интересно. Твердые, типа их Старого Брюгге (он немножко напоминает отчасти грюер, отчасти комте) я пробовал - их часто дают в качестве закуски к пиву или как антипасту, если использовать итальянскую терминологию. А вот с мягкими был пробел, их-то я и набрал. Потом, когда летел, старался лишний раз не зацеплять сумку ногой - аромат разносился сногсшибательный. Вкус так же оказался потрясающим.

Бельгия для меня была в значительной степени неизведанной территорией, знакомой в основном по слухам и пересказам. Мой французский опыт тут совсем не пригодился - несмотря на языковую общность бельгийцы отличаются от южных соседей очень сильно. Они показались мне весьма вежливыми и дружелюбными людьми. Напрягали только отсутствие отопления и закрытые из-за этого церкви и музеи. Зима в этом плане, наверное, не лучшее время для знакомства с Бельгией. Да и Гугль стремясь приобщить меня к мусульманской культуре скрыл очень много интересного. В общем, набралось пожеланий на следующие поездки. Буду думать в этом направлении.